Главная страница 1

На правах рукописи


Синякин Иван Игоревич



Международно-правовой режим нераспространения оружия массового уничтожения в свете борьбы с международным терроризмом

Специальность 12.00.10 – Международное право. Европейское право.

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Москва – 2010

Диссертация выполнена на кафедре международного права Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России

Научный руководитель кандидат юридических наук, профессор

КУЛЕБЯКИН Вячеслав Николаевич

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

ИВАНОВ Эдуард Александрович

кандидат юридических наук, профессор

КОТЛЯРОВ Иван Иванович

Ведущая организация Дипломатическая академия МИД России


Защита состоится «20» мая 2010 г. в 16.30 часов на заседании Диссертационного совета Д 209.002.05 при Московском государственном институте международных отношений (Университете) МИД России по адресу: 119454, Москва, пр-т Вернадского, 76, ауд. 1039 .

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке МГИМО (У) МИД России имени И.Г. Тюлина.

Автореферат разослан « » апреля 2010 г.

УЧЕНЫЙ СЕКРЕТАРЬ

ДИССЕРТАЦИОННОГО СОВЕТА

доктор юридических наук, профессор Павлов Евгений Яковлевич

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ДИССЕРТАЦИИ
Актуальность темы исследования определяется ростом террористической угрозы по всему миру в начале XXI века: после террористических нападений в США (Нью-Йорк, Вашингтон, 2001 год), России (Москва, 2002 год; Беслан, 2004 год), Испании (Мадрид, 2004 год), Великобритании (Лондон, 2005 год) в резолюциях Совета Безопасности ООН отмечается тенденция увеличения частоты и масштабов террористических актов1. Наиболее опасным видом терроризма, со всей очевидностью, могут стать террористические акты с применением оружия массового уничтожения (ОМУ-терроризм).

Как отмечал Генеральный секретарь ООН в докладе «Единство в борьбе с терроризмом: рекомендации по глобальной контртеррористической стратегии», «ядерное, биологическое, химическое или радиологическое террористическое нападение имело бы опустошительные масштабные последствия. Помимо огромных человеческих потерь и разрушений оно могло бы нанести смертельный удар по мировой экономике и повергнуть миллионы людей в состояние крайней нищеты»2. Потенциал террористической деятельности является серьезным вызовом международному миру и безопасности. А следовательно, это требует дальнейшего развития международно-правовых средств, направленных на нейтрализацию имеющихся угроз3.

Серьезную озабоченность вызывает и число имевших место террористических актов и инцидентов4.

Необходимо отметить, что угрозу международному миру и безопасности также представляет распространение оружия массового уничтожения. Один из аспектов этой проблемы – появление новых ядерных государств (особую озабоченность международного сообщества вызывает политика КНДР, неоднозначно оценивается и поведение Ирана). «Побочным эффектом» этого процесса может стать дальнейшее неконтролируемое распространение среди государств оружия массового уничтожения, а также попадание такого оружия в руки негосударственных субъектов5. В равной степени это относится к средствам доставки и соответствующим технологиям. В Резолюции 1540 СБ ООН 2004 года была отмечена обеспокоенность «угрозой незаконного оборота ядерного, химического или биологического оружия и средств его доставки и относящихся к ним материалов, что придает новое измерение проблеме распространения такого оружия, а также создает угрозу для международного мира и безопасности, а также «необходимость того, чтобы все государства-члены выполняли свои обязательства в области контроля над вооружениями и разоружения, и по предотвращению распространения во всех его аспектах всех видов оружия массового уничтожения».

На протяжении последних 60 лет международное сообщество создало многосторонний механизм предупреждения актов терроризма, а также нераспространения оружия массового уничтожения. Научно-технический прогресс, рост террористической активности обусловливают появление как новых видов терроризма, так и новых международных механизмов борьбы с ним (например Международная конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года). Учитывая тот факт, что ущерб от актов ОМУ-терроризма представляет опасность для всего международного сообщества, ключевое значение в международном праве приобретает задача предотвращения таких террористических актов. Причем одной из особенностей превенции должен стать и определенный характер новых международных норм: они должны охватывать не только существующие, но и будущие виды оружия массового уничтожения и материалы массового уничтожения (сегодня международно-правовое регулирование предусмотрено только в отношении биологического, химического, ядерного и радиоактивного оружия).

В сложившихся условиях возникает необходимость анализа международно-правового сотрудничества государств в свете борьбы с ОМУ-терроризмом.



Степень научной разработанности проблемы. Тема диссертационного исследования носит многоплановый характер, что и обусловило необходимость изучения обширного нормативного и доктринального материала.

Международно-правовое регулирование сотрудничества государств по борьбе с терроризмом на протяжении многих лет исследовалось в отечественной и зарубежной доктрине. Весомый вклад в разработку теоретических основ проблематики международного права в области борьбы с международной преступностью и терроризмом, в частности, внесли такие исследователи, как Р.А. Адельханян, Н.С. Алексеев, Р.А. Бастрыкин, И.П. Блищенко, В.А. Василенко, А.В. Возженников, Л.Н. Галенская, С.У. Дикаев, Н.В. Жданов, И.И. Карпец, А.Г. Кибальник, Н.Б. Крылов, Ю.М. Колосов, У.Р. Латыпов, И.И. Лукашук, Е.Г. Ляхов, В.А. Мазов, Л.А. Моджорян, А.В. Наумов, Н.Н. Полянский, М.Ю. Рагинский, Ю.А. Решетов, С.Я. Розенблит, Ю.С. Ромашев, П.С. Ромашкин, Ю.М. Рыбаков, А.Н. Трайнин, В.В. Устинов, И.В. Фисенко и др. Из диссертационных исследований в области борьбы с международным терроризмом можно выделить работы А.В. Мардояна, Н.В. Прокофьева, М.А. Саркисян, В.В. Устинова6. Среди иностранных ученых проблематикой международного терроризма занимались: С. Агравала, Т. Александрович, И. Бантекас, М. Бассиони, В. Васильевич, Р. Волтцель, Б. Грефрат, Ю. Динстейн, Д. Дугард, А. Кассезе, Р. Крайер, Д.М. Левит, В. Нанди, С. Нэш, Д. Новгород, Е. Ойзер, П. Радойнов, Д. Робинсон, Х. Фрайман, Э. Уилмсхёрст, Г. Шварценбергер, М.Н. Шоу, П.A. Штайнгер и др.

Определенную значимость для настоящего исследования представляют научные труды, посвященные исследованию проблем нераспространения оружия массового уничтожения, основ обеспечения международной безопасности и т.д. Данные вопросы активно разрабатывались в работах таких отечественных ученых, как: А.Г. Арбатов, О.В. Богданов, А.М. Вавилов, А.И. Иойрыш, Н.И. Калинина, В.П. Пархитько, В.И. Рыбаченков, Р.М. Тимербаев, О.И. Тиунов, А.В. Федоров, В.В. Фомин, Г.К. Хромов и др. Следует отметить несколько отечественных диссертационных исследований по тематике некоторых аспектов ОМУ-терроризма; в целом ОМУ-терроризм не являлся предметом отдельного диссертационного исследования7. Различные аспекты проблемы нераспространения оружия массового уничтожения и борьбы с различными видами ОМУ-терроризма затрагивались в работах зарубежных исследователей. Среди них: Г. Аллисон, С. Бауэр, Н. Боделл, О. Бош, Г. Бликс, Дж. Голдблат, К. Грей, Б. Грэхем, Дж. Зандерс, П. Клевестиг, Ф. Кухлау, Т. Москейтис, Р. Мэнли, У. Поттер, Е. Прескотт, Э. Спирс, Дж. Такер, Дж. Талент, О. Трэнерт, Т. Уайтсайд, Н. Флоркин, Дж. Харт, П. Хэм, Я. Энтони и др.

Среди монографий, использованных при написании настоящей диссертации, особо следует отметить труд: И.П. Блищенко, И.В. Фисенко «Международный уголовный суд», представляющий собой фундаментальную разработку вопросов создания и функционирования Международного уголовного суда; А.Н. Трайнина «Защита мира и борьба с преступлениями против человечества», содержащий детальный международно-правовой анализ таких международных преступлений, как преступления против основ мирного сосуществования (идеологическая и экономическая агрессия, военная агрессия), преступления против правил и обычаев ведения войны, геноцид, преступления против человечества; Е.Г. Ляхова «Политика терроризма – политика насилия и агрессии», являющийся детальным исследованием элементов преступления терроризма, его причин и проблем разработки его определения; И.И. Карпеца «Преступления международного характера», где автором приводится классификация преступлений международного характера, анализ их составов, а также исследование международных договоров, в которых закреплены эти преступления.

Степень разработанности исследуемой тематики подтверждается также большим количеством литературы, где часто встречаются данные об инцидентах, приведших к потере единиц оружия массового уничтожения, которое потенциально может быть использовано террористическими организациями, примеры попыток и угроз совершения актов терроризма, а также упоминания о случаях терроризма с ядерным, бактериологическим и химическим оружием8.

Исследователи явления ОМУ-терроризма часто пытаются предусмотреть возможные сценарии таких террористических актов (например, сценарии актов ядерного терроризма)9. Не отрицая значимости подобных исследований для оценки возможной угрозы актов ядерного терроризма, разработки планов действия в случае его совершения и ликвидации последствий, следует, тем не менее, заметить, что такие сценарии слишком умозрительны и не дают четкого представления ни о самом преступлении, ни о его последствиях. Связано это, в первую очередь, со свойствами ядерного оружия, применение которого может привести к непредсказуемым последствиям. Вышесказанное также может быть отнесено к сценариям террористических актов с применением химического и бактериологического оружия10.



Объектом исследования являются: преступление терроризма как международное преступление, проблема ОМУ-терроризма и отношения, возникающие между субъектами международного права в связи с нераспространением оружия массового уничтожения, предупреждением актов терроризма с применением оружия массового уничтожения.

Предмет исследования составляют международно-правовые аспекты сотрудничества по борьбе с терроризмом в целом и ОМУ-терроризмом в частности, международно-правовые вопросы предупреждения распространения оружия массового уничтожения, в том числе среди негосударственных субъектов. Предмет исследования также составляют теоретические международно-правовые вопросы организации международных судебных учреждений.

Цель исследования заключается в системном и всестороннем изучении понятия, сущности и признаков преступления терроризма с точки зрения международного права, изучении сотрудничества государств в области нераспространения оружия массового уничтожения, а также выявлении новых направлений сотрудничества в предупреждении актов ОМУ-терроризма, выработке рекомендаций и предложений по совершенствованию международно-правового регулирования отношений государств в данной области.

Проблематика диссертационной работы затрагивает как вопросы обеспечения международной безопасности, так и вопросы сотрудничества государств в рамках международной борьбы с преступностью. Сегодня наблюдается взаимопроникновение этих сфер сотрудничества; более того, повышение уровня международной безопасности напрямую зависит от мер по борьбе с преступностью, в первую очередь по борьбе с терроризмом. С позиции темы диссертации, укрепление режима нераспространения оружия массового уничтожения положительным образом сказывается на обеспечении безопасности от угрозы ОМУ-терроризма. С другой стороны, несмотря на то что терроризм с использованием оружия массового уничтожения рассматривается как особая угроза международному миру и безопасности, ОМУ-терроризм, тем не менее, является разновидностью, прежде всего, преступления терроризма, а значит, к ОМУ-терроризму могут быть применены существующие международные антитеррористические механизмы.

В связи с этим представляется целесообразным построить настоящее исследование на изучении отдельных теоретических и практических вопросов в рамках отраслей права международной безопасности и международной борьбы с преступностью, в частности: международного сотрудничества в области борьбы с терроризмом, вопросов ответственности лиц за совершение террористических актов и обеспечения неотвратимости наказания за них, эффективности сотрудничества государств в области нераспространения оружия массового уничтожения с точки зрения предупреждения актов ОМУ-терроризма и т.д.

Достижение данной цели требует решения следующих научных задач:

– изучить существующие международные договоры на предмет выявления общих признаков отдельных видов оружия массового уничтожения с целью разработки понятия «оружие массового уничтожения», которое будет использоваться исключительно для целей криминализации несанкционированной деятельности негосударственных субъектов с таким оружием;

– изучить понятие «материалы массового уничтожения», определить его возможное правовое содержание с целью криминализации несанкционированной деятельности негосударственных субъектов с этими материалами;

– определить международно-правовое содержание понятия «преступление ОМУ-терроризма»;

– определить международно-правовую форму закрепления рекомендуемых норм, принимая во внимание специфику затрагиваемых вопросов;

– проанализировать существующие механизмы предупреждения ОМУ-терроризма, предусмотренные многосторонними антитеррористическими конвенциями, договорами о нераспространении оружия массового уничтожения, многосторонними и двусторонними инициативами, актами международных организаций, политических форумов и неформальных объединений, и дать на основе этого анализа оценку эффективности международно-правового регулирования предупреждения актов ОМУ-терроризма;

– проанализировать подходы отечественных и зарубежных исследователей к пониманию преступления терроризма и международных преступлений и на этой основе выработать обоснование отнесения преступления терроризма к международным преступлениям с целью ужесточения наказания и обеспечения неотвратимости наказания за такие преступления;

– изучить теоретические основы юрисдикции и организации международных судебных учреждений, в том числе возможного нового международного судебного органа – Международного суда по преступлениям терроризма.

В качестве одной из мер по предупреждению ОМУ-терроризма, предлагаемой в настоящем диссертационном исследовании, является разработка понятий «оружие массового уничтожения», «материалы массового уничтожения» для определения несанкционированной деятельности негосударственных субъектов, установления их ответственности и т.д. В данной работе попытки выделить критерии как существующих, так и будущих видов оружия массового уничтожения, критерии идентификации материалов массового уничтожения, а также сами понятия «оружие массового уничтожения» и «материалы массового уничтожения» рассматриваются исключительно в рамках борьбы с терроризмом и только для целей криминализации деятельности негосударственных субъектов и привлечения их к ответственности. Иными словами, эти понятия и критерии в данной работе не распространяются на действия вооруженных сил государств во время вооруженного конфликта, а также на действия, предпринимаемые вооруженными силами государства в целях осуществления их официальных функций11. Более того, указанные определения не следует рассматривать в качестве основы для дальнейшего развития сотрудничества в области нераспространения оружия массового уничтожения и разоружения.



Методологическую основу исследования составили общенаучные методы и специально-юридические методы научного познания, в том числе абстрагирование, анализ, синтез, индукция, дедукция, логический метод, обобщение, моделирование, системный метод, историко-правовой и сравнительно-правовой методы, а также методы толкования права.

Теоретическую основу исследования составляют труды отечественных и зарубежных ученых и практических деятелей, таких как И.П. Блищенко, Б. Брумхолл, Л.Н. Галенская, Н.В. Жданов, И.И. Карпец, А. Кассезе, Ю.М. Колосов, И.И. Лукашук, Е.Г. Ляхов, Ю.С. Ромашев, А.Н. Трайнин, И.В. Фисенко и др., в которых рассматривались различные аспекты сотрудничества государств в борьбе с терроризмом. Важное значение для настоящего диссертационного исследования представляют работы, посвященные нераспространению оружия массового уничтожения. Среди них следует отметить труды О. Боша, Дж. Голдблата, Б. Грэхема, Дж. Зандерса, А.И. Иойрыша, Н.И. Калининой, Р.М. Тимербаева, Дж. Харта, П. Хэма, Я. Энтони и др.

В качестве нормативной базы исследования автором использовались международные договоры, акты международных организаций, многосторонних политических форумов и неформальных объединений, акты, принятые в рамках многосторонних инициатив. Источником эмпирической базы исследования стала информация, опубликованная на официальных сайтах: www.un.org (официальный сайт Организации Объединенных Наций), www.sipri.org (официальный сайт Стокгольмского международного института исследований проблем мира), www.opcw.org (официальный сайт Организации по запрещению химического оружия), www.iaea.org (официальный сайт Международного агентства по атомной энергии) и др.



Научная новизна диссертационного исследования связана со значимостью вопросов международно-правового сотрудничества в области борьбы с ОМУ-терроризмом, представляющей собой важную составляющую обеспечения эффективности системы международного мира и безопасности. В отечественной международно-правовой науке настоящая диссертация представляет собой одно из первых исследований международно-правовых основ сотрудничества государств в борьбе с ОМУ-терроризмом в целом, а не отдельными его аспектами (ядерным, химическим и биологическим терроризмом).

В работе впервые предпринята попытка комплексного исследования международно-правовых основ сотрудничества государств в области борьбы с ОМУ-терроризмом, а также вопроса нераспространения оружия массового уничтожения как важнейшего аспекта вышеуказанного сотрудничества, дана оценка актуальности и соответствия этих основ современным вызовам и угрозам, предложены рекомендации по их совершенствованию. Впервые в отечественной международно-правовой доктрине предлагается комплексный сравнительный анализ преступления терроризма и международных преступлений на основе наиболее значимого элемента – объекта преступления. Результатом данного анализа является обоснование отнесения преступлений терроризма к категории международных преступлений. Научная новизна исследования заключается также в обосновании создания нового международного судебного органа – Международного суда по преступлениям терроризма.



Основные положения, выносимые на защиту:

1. Рост террористической активности в мире, появление новых видов терроризма, среди которых наиболее опасным является ОМУ-терроризм, обусловливает необходимость соответствующего развития международного права. В связи с этим прогрессивным шагом может стать ужесточение ответственности за акты терроризма и обеспечение неотвратимости наказания за их совершение, в том числе путем отнесения преступления терроризма к международным преступлениям.

2. Для целей криминализации актов ОМУ-терроризма и обеспечения неотвратимости наказания за эти деяния недостаточно норм существующих антитеррористических конвенций. Необходимо закрепить в международном праве новые понятия, в частности: «оружие массового уничтожения», «материалы массового уничтожения», понятие преступления ОМУ-терроризма.

3. Для предотвращения ОМУ-терроризма важную роль играет укрепление режима нераспространения оружия массового уничтожения, поскольку только этот режим, а также контрольный процесс уничтожения запрещенных видов оружия массового уничтожения являются наиболее эффективным способом предотвращения ОМУ-терроризма. Существующий режим нераспространения не является всеобъемлющим, более того, последние тенденции указывают на его эрозию. Требуются энергичные усилия всего международного сообщества по укреплению этого режима.

4. Сегодня международное сообщество вследствие неполноты мер по предупреждению актов ОМУ-терроризма, основанных на антитеррористических конвенциях и договорах о нераспространении оружия массового уничтожения, не имеет эффективного международно-правового механизма сотрудничества в борьбе с этой угрозой. В частности, современное международно-правовое регулирование охватывает лишь биологическое, химическое, ядерное и радиологическое оружие. Для обеспечения эффективного сотрудничества по предупреждению ОМУ-терроризма международное право должно иметь новые нормы, которые не только позволят устранить пробелы в отношении существующих видов оружия массового уничтожения, но и охватить будущие разработки в этой области.

5. Крайне политическая окраска проблемы противодействия ОМУ-терроризму позволяет предвидеть сложности с разработкой общепризнанных норм и принципов сотрудничества государств по противодействию этому явлению. В связи с этим представляется целесообразным поступательное движение и разработка таких принципов и норм, что может быть достигнуто через принятие документов так называемого «мягкого права».

6. Сегодня преступления, подпадающие под квалификацию терроризма, находятся в юрисдикции государств. Попытки распространить на преступления терроризма юрисдикцию Международного уголовного суда успехом не увенчались. Тем не менее некоторые преступления терроризма, в первую очередь ОМУ-терроризма, представляют опасность не столько для отдельно взятого государства или группы государств, сколько для международного сообщества в целом.

В целях развития международно-правовых механизмов борьбы с терроризмом необходимо создание нового международного судебного органа – Международного суда по преступлениям терроризма. Однако, учитывая специфику преступления терроризма, нашедшую отражение в антитеррористических конвенциях, целесообразным представляется организация трехэлементной системы, основанной на разграничении юрисдикции по преступлениям терроризма между государствами и Международным судом по преступлениям терроризма: 1) исключительная юрисдикция Международного суда по преступлениям терроризма в отношении определенных категорий преступлений терроризма; 2) исключительная юрисдикция государств; 3) юрисдикция в отношении преступлений, которую может осуществлять как Международный суд по преступлениям терроризма, так и государства.

7. Определение понятия «терроризм» представляет собой ключевое условие организации и функционирования международного судебного органа, компетентного рассматривать дела по терроризму. Примером такого условия является Римский статут Международного уголовного суда: попытки включения в статут преступлений международного терроризма подняли вопрос о его определении. Разногласия политического и правового характера не позволили достичь компромиссного решения по этому вопросу, а значит, не получила развития и идея судебного преследования лиц, совершивших акты терроризма, международным судебным органом. Производной проблемой является круг преступлений терроризма, которые должны охватываться компетенцией суда. По этим причинам рекомендуемая модель Международного суда по преступлениям терроризма предлагает вариант исключительной компетенции суда в отношении конкретных преступлений. Эта модель не представляет собой окончательного решения проблемы определения терроризма, однако она позволит государствам расширять сотрудничество в борьбе с терроризмом по примеру проверенных практикой «конвенционных механизмов»: объединять усилия в борьбе с конкретными преступлениями терроризма, а не терроризмом вообще.

Теоретическая значимость диссертации состоит в том, что основные положения, содержащиеся в работе, дополняют понятие преступления терроризма понятием терроризма как международного преступления; предложены меры по предупреждению терроризма с использованием оружия массового уничтожения; на основе существующих норм международного права разработаны понятия «оружие массового уничтожения», «материалы массового уничтожения» и др. Существенную значимость имеет сравнительный анализ признаков преступления терроризма и международных преступлений. Настоящее исследование показывает современное состояние и результаты межгосударственного сотрудничества в области предупреждения актов ОМУ-терроризма, отражает рост угрозы ОМУ-терроризма, что, в частности, и указывает на необходимость создания различных механизмов борьбы, в том числе Международного суда по преступлениям терроризма.

Практическое значение диссертации определяется, в первую очередь, возможностью применения выработанных в работе теоретических положений при разработке актов международных организаций, многосторонних политических форумов и неформальных объединений, актов, принимаемых в рамках многосторонних инициатив. Результаты исследования могут быть использованы при подготовке законодательных и иных нормативных актов Российской Федерации. Содержащиеся в работе предложения и выводы могут использоваться Министерством иностранных дел Российской Федерации при формировании государственной позиции в международных организациях, на международных конференциях и иных форумах по вопросам сотрудничества в области предупреждения ОМУ-терроризма.

Теоретическая разработка предмета исследования позволяет использовать материалы диссертации в учебном процессе при преподавании учебных курсов международного права, спецкурса по праву международной безопасности, международно-правовых основ борьбы с преступностью, а также в научно-исследовательской работе.



Апробация результатов исследования. Основные положения и выводы диссертанта нашли отражение в двух научных публикациях автора, включая публикации в рецензируемых научных журналах, входящих в перечень Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации.

Результаты диссертационного исследования внедрены в учебный процесс МГИМО (У) МИД России и используются при подготовке учебных и учебно-методических пособий, а также в преподавательской работе автора.



Структура диссертации определена целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих 6 параграфов (восемь подпараграфов), заключения и библиографического списка.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность выбранной темы исследования, формулируется цель и задачи, определяются объект и предмет исследования, раскрывается научная новизна и теоретико-методологические основы, формулируются основные выводы и положения, выносимые на защиту, раскрывается практическая значимость диссертационного исследования и апробация ее результатов.

Первая глава «Определение понятий “оружие массового уничтожения”, “материалы массового уничтожения”. Понятие преступления ОМУ-терроризма» содержит два параграфа и посвящена комплексному, международно-правовому анализу таких понятий, как «оружие массового уничтожения», «материалы массового уничтожения», «преступление ОМУ-терроризма».

В первом параграфе «Теоретические основы понятия “оружие массового уничтожения”» рассматривается понятие, содержание термина «оружие массового уничтожения» с позиции международного права, a также критерии, с помощью которых оружие может быть идентифицировано в качестве оружия массового уничтожения.

Сегодня международное право не располагает универсальным и общепризнанным понятием «оружие массового уничтожения». Это обусловлено рядом военно-политических аспектов (обеспечение национальной безопасности, вопрос ограничения вооружений и разоружения, поддержание международного мира и безопасности). Тем не менее в целях повышения эффективности сотрудничества государств в борьбе с ОМУ-терроризмом международному сообществу необходимо разработать международно-правовое определение понятия «оружие массового уничтожения».

Такое определение должно отвечать следующим условиям: 1) данное определение необходимо исключительно для целей регламентации сотрудничества государств по борьбе с ОМУ-терроризмом; 2) определение не должно затрагивать действий вооруженных сил во время вооруженного конфликта, а также действий, предпринимаемых вооруженными силами государства в целях осуществления их официальных функций; 3) определение не должно касаться вопроса о применении ядерного оружия; 4) определение должно распространяться не только на существующие виды этого оружия, но и на возможные будущие разработки.

В работе дается историко-правовой анализ употребления понятия «оружие» в международном праве, в первую очередь с позиций ограничения применения оружия. В результате автор приходит к выводу, что оружие, применение которого запрещено международным правом, имеет следующие характеристики: 1) способность наносить чрезмерные повреждения; 2) способность причинять излишние страдания; 3) неизбирательный характер нанесения ущерба и повреждений; 4) способность причинять обширный, долговременный и серьезный ущерб природной среде.

Рассматривая понятие «оружие», автор проводит анализ международных договоров, регламентирующих международное сотрудничество в области нераспространения оружия массового уничтожения. Исследовав критерии идентификации оружия массового уничтожения (целевой критерий, критерий разрушительности, неизбирательности, массовости и др.), а также поражающие свойства новых видов и систем оружия массового уничтожения, упоминание о которых встречается в научной литературе и периодических изданиях, диссертант предлагает собственное определение оружия массового уничтожения. Под оружием массового уничтожения или поражения, помимо ядерного, радиологического, химического и бактериологического оружия, а также любого иного оружия, производного от этих четырех видов оружия массового уничтожения или основанных на принципах их действия, понимается неизбирательное средство нападения или защиты, применение которого способно, в силу высвобождения неконтролируемой энергии или вещества, а также неконтролируемого распространения поражающих свойств материалов массового уничтожения, повлечь неограниченные человеческие жертвы, причинить чрезмерные повреждения или излишние страдания, массовый, неограниченный материальный ущерб, а также обширный, долговременный и серьезный ущерб природной среде. В состав оружия массового уничтожения также входит оборудование, средства доставки, боеприпасы и устройства, специально предназначенные для приведения в действие оружия массового уничтожения или являющиеся их неотъемлемой частью.

Во втором параграфе первой главы «Материалы массового уничтожения. Понятие преступления ОМУ-терроризма. Международно-правовая форма закрепления норм по предупреждению актов ОМУ-терроризма» анализируется понятие «материалы массового уничтожения», сущность преступления ОМУ-терроризма. Отдельное внимание уделяется форме закрепления норм по борьбе с актами ОМУ-терроризма.

Сегодня понятие «материалы массового уничтожения» не закреплено в международном праве, однако оно является важнейшим дополнением понятия «оружие массового уничтожения», что, в конечном в итоге, позволяет наиболее полно охватить объект отношений в рамках межгосударственного сотрудничества в борьбе с ОМУ-терроризмом.

В результате анализа международно-правовой базы, актов неформальных объединений (Австралийская группа) и политических форумов («Большая восьмерка») диссертант приходит к выводу, что к материалам массового уничтожения следует отнести материалы, которые независимо от их происхождения или способа их производства, а также от их вида и количества могут быть использованы для создания оружия массового уничтожения и затем применены в террористических актах. В частности, к материалам массового уничтожения могут быть отнесены агенты, токсичные химикаты, радиоактивный материал и т.д., которые вследствие своего вида и количества предназначены или могут применяться как в военных, так и в мирных целей.

Вследствие того, что акты ОМУ-терроризма представляют собой наиболее серьезную угрозу международному миру и безопасности, автор считает, что в основу определения преступления ОМУ-терроризма должна лечь любая несанкционированная деятельность негосударственных субъектов с применением оружия и/или материалов массового уничтожения, а также несанкционированная деятельность в отношении оружия и/или материалов массового уничтожения. К актам ОМУ-терроризма должны быть также приравнены нападения на объекты, используемые для производства, хранения, переработки и транспортировки оружия и/или материалов массового уничтожения, а также гражданские объекты, где в производстве, хранении, переработке или транспортировке могут применяться материалы, чье распространение вследствие нападения может быть сопоставимо с применением оружия массового уничтожения12.

Отдельное внимание диссертант уделяет вопросу формы закрепления норм по предупреждению актов ОМУ-терроризма. Принимая во внимание существующие политические реалии, а также значимость вопроса для поддержания как национальной, так и международной безопасности, автор высказывает мнение, что на настоящий момент наиболее вероятной формой закрепления указанных норм (в качестве промежуточного, временного шага) являются акты «мягкого права» (резолюции Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН, резолюции или рекомендации других международных организаций, занимающихся вопросами безопасности; акты неформальных объединений, политических форумов, например, «Большой восьмерки») или рамочные соглашения, которые устанавливают общие принципы действия в области безопасности или борьбы с терроризмом, оставляя на усмотрение самих государств порядок реализации содержащихся в соглашениях принципов.



Вторая глава «Современные международно-правовые аспекты сотрудничества государств по предупреждению ОМУ-терроризма» посвящена анализу существующих механизмов межгосударственного сотрудничества по борьбе с ОМУ-терроризмом. Автором рассмотрены наиболее актуальные вопросы в этой области, выявлены недостатки и обоснована необходимость дальнейшего международно-правового совершенствования регламентации деятельности по борьбе с ОМУ-терроризмом.

В первом параграфе второй главы «Договорные механизмы предупреждения актов ОМУ-терроризма» анализируются положения международных договоров, затрагивающих тематику борьбы с актами ОМУ-терроризма.

Отмечается, что с позиции международно-правового регулирования межгосударственное сотрудничество в данной области характеризуется несколькими особенностями: 1) сотрудничество государств основывается не на каком-либо едином, всеобъемлющем международном договоре, а на нескольких соглашениях; 2) в соответствии с международными договорами сотрудничество государств не охватывает всей проблематики ОМУ-терроризма, а затрагивает по преимуществу лишь отдельные ее аспекты; 3) большинство международно-правовых норм из вышеназванных договоров регламентирует сотрудничество государств по борьбе с ОМУ-терроризмом косвенно, противодействие терроризму является второстепенной, производной целью этих международных договоров.

Диссертант выделил две группы международных договоров, регламентирующих сотрудничество по борьбе с ОМУ-терроризмом: 1) антитеррористические конвенции; 2) международные договоры, касающиеся нераспространения или запрещения отдельных видов оружия массового уничтожения, и международные договоры, посвященные ограничению средств доставки оружия массового уничтожения.

В пункте 1 «Антитеррористические конвенции» автор анализирует положения международных договоров, затрагивающих в той или иной степени борьбу с актами ОМУ-терроризма. В результате анализа диссертант приходит к выводу, что сегодня международными договорами наиболее полно (но не всеобъемлюще) регламентирована борьба с актами ядерного терроризма. Два других вида оружия массового уничтожения (бактериологическое и химическое оружие) охватывается лишь в части «бомбового» оружия, не говоря уже о новых видах и системах оружия массового уничтожения.

В пункте 2 «Международные договоры по вопросам нераспространения оружия массового уничтожения» проводится анализ положений международных договоров по трем известным видам оружия массового уничтожения (ядерное, бактериологическое, химическое), отмечаются наиболее актуальные проблемы, с которыми сталкивается сегодня международное сообщество. Как и в предыдущем пункте, диссертантом делается вывод о существовании наиболее полного и детального международно-правового регулирования в отношении ядерного оружия, в то время как режимы нераспространения бактериологического и химического оружия (хотя эти виды оружия охвачены отдельными международными договорами) должны быть адаптированы к современным реалиям, в том числе с точки зрения борьбы с актами ОМУ-терроризма.

Второй параграф второй главы «Иные международные механизмы сотрудничества государств по борьбе с ОМУ-терроризмом» посвящен исследованию внедоговорных механизмов межгосударственного сотрудничества по борьбе с ОМУ-терроризмом.

Диссертантом анализируется эффективность различных межгосударственных механизмов (Комитет 1540 Совета Безопасности ООН, Инициатива по безопасности в области распространения, Инициатива в области контейнерной безопасности, «Большая восьмерка»), а также многосторонних режимов по контролю за экспортом (Комитет Цангера, Группа ядерных поставщиков, Австралийская группа, Режим контроля за ракетными технологиями). В результате анализа диссертант выделил следующие особенности внедоговорных межгосударственных механизмов по борьбе с ОМУ-терроризмом: 1) оперативное принятие совместных решений государств, так как вследствие небольшого числа участников переговорного процесса нет необходимости в длительном согласовании позиций; 2) значительная роль в предупреждении актов ОМУ-терроризма отводится внутренним национальным мерам, которые принимаются государствами с учетом национальной специфики, что делает эти механизмы более эффективными и всеобъемлющими; 3) значительные усилия по обеспечению международной безопасности, как и новые инициативы, исходят от небольшого числа государств, которые в силу высокотехнологичной материальной базы постепенно устанавливают новые стандарты международной безопасности (Глобальное партнерство, ИБОР, Инициатива в области контейнерной безопасности), приглашая в дальнейшем другие государства, не участвовавшие в разработке этих стандартов, присоединиться к таким инициативам13; 4) отсутствие единой универсальной системы мер борьбы с ОМУ-терроризмом, поскольку средства и методы обеспечения безопасности у всех государств разные; 5) необязательный (зачастую политический) характер совместно разрабатываемых мер; 6) отсутствие межгосударственных органов, контролирующих деятельность государств в рамках данных механизмов; 7) отсутствие мер, направленных на предупреждение распространения новых видов и систем оружия массового уничтожения.



В третьей главе «Терроризм как международное преступление» содержится анализ преступления терроризма как нового вида международного преступления и основания создания нового международного судебного органа – Международного суда по преступлениям терроризма.

Первый параграф третьей главы «Понятие преступления терроризма как нового вида международного преступления» посвящен сравнительному и историко-правовому анализу преступления терроризма и международных преступлений.

Диссертант строит свое исследование на анализе международных договоров, актов международных организаций и конференций, отечественной и зарубежной международно-правовой доктрины. В основе анализа лежит сравнение состава преступления терроризма и составов международных преступлений. В результате, выделив наиболее значимый, квалифицирующий элемент состава преступления (объект преступления), диссертант делает вывод, что сегодня терроризм может быть охарактеризован как международное преступление.



Во втором параграфе третьей главы «Международный суд по преступлениям терроризма. Вопросы юрисдикции» рассматривается идея создания нового международного судебного органа для отправления правосудия в отношении лиц, совершивших акты терроризма, – Международного суда по преступлениям терроризма.

Отмечается, что отнесение терроризма к категории международных преступлений необходимо с позиции обеспечения неотвратимости наказания, его ужесточения, неприменимости срока давности, а также в целях обоснования универсальной юрисдикции в отношении этих преступлений. По мнению автора, образование Международного суда по преступлениям терроризма отвечает этим целям.

Диссертантом приводится историко-правовой анализ практики разграничения юрисдикции международных уголовных судов, в результате которого автор делает вывод, что совершение международного преступления не подразумевает привлечение к ответственности исключительно перед международными судами. В качестве судов могут выступать и национальные судебные органы.

С учетом существующего антитеррористического международно-правового регулирования диссертант предлагает установить в отношении преступления терроризма особую систему юрисдикции, сочетающую и юрисдикцию Международного суда по преступлениям терроризма и юрисдикцию государств. Разграничение юрисдикции Международного суда по преступлениям терроризма и государств следует представить в виде трехэлементной системы: 1) исключительная юрисдикция Международного суда по преступлениям терроризма в отношении наиболее опасных для международного сообщества актов терроризма (акты ОМУ-терроризма; акты терроризма против лиц, пользующихся международной защитой; акты терроризма, представляющие собой использование средств воздействия на природную среду, которые имеют широкие, долгосрочные или серьезные последствия, в качестве способов разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда одному или нескольким государствам; акты терроризма в отношении объектов, которые «содержат опасные силы»14 (плотины, дамбы и т.д.) и др.); 2) исключительная юрисдикция государств (акты терроризма, когда они совершены в одном государстве, предполагаемый преступник и потерпевшие являются гражданами этого государства, предполагаемый преступник найден на территории этого государства и никакое другое государство не имеет оснований для осуществления своей юрисдикции); 3) юрисдикция в отношении преступлений, осуществляемая как Международным судом по преступлениям терроризма, так и государствами.

Диссертант отмечает, что помимо вышеуказанных функций Международный суд по преступлениям терроризма может разрешать споры о юрисдикции между государствами, которые в соответствии с конвенциями о борьбе с терроризмом имеют право: на осуществление юрисдикции в отношении конкретных лиц; выступить в качестве третьей стороны и принять дело к своему производству15; толкование конвенций по борьбе с терроризмом; пересмотр решений, принятых на национальном уровне (например, в случае вынесения необоснованно мягкого или оправдательного решения суда); разрешение вопросов о возмещении ущерба по гражданским искам и т.д.

В заключении содержатся основные выводы и рекомендации, сформулированные в результате настоящего диссертационного исследования.

Основные положения диссертации отражены в трудах, которые опубликованы в изданиях, рекомендованных ВАК России:



  1. Синякин И. И. Десять лет Конвенции о запрещении химического оружия: статья // Московский журнал международного права. – 2007. – № 4. – 1 п.л.

  2. Синякин И.И. Терроризм как международное преступление: статья // Московский журнал международного права. – 2009. – № 3. – 1 п.л.


1 См.: Резолюция 1438 (2002), принятая Советом Безопасности на его 4624-м заседании 14 октября 2002 года; Резолюция 1440 (2002), принятая Советом Безопасности на его 4632-м заседании 24 октября 2002 года; Резолюция 1450 (2002), принятая Советом Безопасности на его 4667-м заседании 13 декабря 2002 года; Резолюция 1516 (2003), принятая Советом Безопасности на его 4867-м заседании 20 ноября 2003 года; Резолюция 1530 (2004), принятая Советом Безопасности на его 4923-м заседании 11 марта 2004 года; Резолюция 1611 (2005), принятая Советом Безопасности на его 5223-м заседании 7 июля 2005 года; Резолюция 1618 (2005), принятая Советом Безопасности на его 5246-м заседании 4 августа 2005 года // www.un.org.

2 Единство в борьбе с терроризмом: рекомендации по глобальной контртеррористической стратегии. Доклад Генерального секретаря ООН, 2 мая 2006 года.

3 В Глобальной контртеррористической стратегии ООН 2006 года содержался призыв к ГА ООН и СБ ООН разработать руководящие принципы необходимого сотрудничества и помощи в случае террористического нападения с использованием оружия массового уничтожения. См.: Глобальная контртеррористическая стратегия ООН. Резолюция 60/288 Генеральной Ассамблеи ООН, 8 сентября 2006 года // http://www.un.org/russian/terrorism/strategy_resolution.shtml.

4 В докладе «Более безопасный мир: наша общая ответственность» Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам отмечается, что государства публично подтвердили 20 случаев утечки ядерных материалов и более 200 случаев незаконного оборота ядерных материалов, которые были задокументированы в течение прошедшего десятилетия. См.: Более безопасный мир: наша общая ответственность. Доклад Группы высокого уровня по угрозам, вызовам и переменам. A/59/565/2004. www.un.org. По статистике МАГАТЭ, за период с 1993 по 2005 год было зафиксировано 827 инцидентов с ядерными и радиоактивными материалами. Еще несколько сотен подобных случаев не получили официального подтверждения. Из 827 случаев незаконного оборота радиоактивных субстанций, по меньшей мере, 224 были связаны с материалами, пригодными для создания ядерного оружия. В 2006 году было выявлено 149 случаев незаконной торговли и незаконного использования ядерных и радиоактивных материалов. Большая часть всех происшествий связана с их утерей или кражей (85 случаев). В 49 случаях радиоактивные материалы случайно обнаруживались или незаконно распространялись. 75% пропавших в 2006 году материалов так и не были обнаружены. См.: Украсть атомную бомбу. 2 февраля 2007 года, //http://www.washprofile.org/ru/node/5826. На настоящий момент наиболее известными примерами терроризма с применением оружия массового уничтожения являются: химические атаки в Мацумото и Токио (Япония) 1994 – 1995 гг. (погибло 19 человек), распространение спор сибирской язвы в США в 2001 г. (погибло 5 человек). В 2007 г. в Ираке имели место полтора десятка террористических актов с использованием хлора (общее число погибших – около 100 человек) См.: Cave D. Iraq Insurgents Employ Chlorine in Bomb Attacks / D. Cave, A. Fadam // New York Times. – 2007. – 22 February // http://www.nytimes.com/2007/02/22/world/middleeast/22iraq.html?_r=1&n=Top/Reference/Times%20Topics/Subjects/H/Helicopters; http://en.wikipedia.org/wiki/Chlorine_bombings_in_Iraq.

5 В соответствии с Резолюцией СБ ООН 1540 2004 года негосударственный субъект – это физическое лицо или организация, не имеющие законных полномочий от какого-либо государства на осуществление деятельности, подпадающей под действие настоящей резолюции.

6 Мардоян А.В. Терроризм как международное преступление: Дис. канд. юр. наук: 12.00.10. М., 2007. – 198 с.; Прокофьев Н.В. Многосторонние международные договоры в сфере борьбы с международным терроризмом (Проблемы эффективности): Дис. канд. юрид. наук: 12.00.10. М., 2005. – 193 c.; Саркисян М.А. Международный терроризм как преступное деяние по международному праву: Дис. канд. юрид. наук: 12.00.10. М., 2003. – 207 c.; Устинов В.В. Международно-правовые проблемы борьбы с терроризмом: Дис. канд. юрид. наук: 12.00.10. М., 2002. – 594 c.

7 См.: Хабачиров М.Л. Международно-правовые проблемы борьбы с ядерным терроризмом: Дис. канд. юр. наук: 12.00.10. М., 2000. – 222 с.; Косачев К.И. Концепция развития международного права в области борьбы с ядерным терроризмом: Дис. канд. юр. наук: 12.00.10. М., 2003. – 228 с.; Симонова А.Е. Международно-правовые аспекты борьбы с биотерроризмом: Дис. канд. юр. наук: 12.00.10. М., 2007. – 215 с.

8 См.: Иойрыш А.И. Научно-технический прогресс и новые проблемы права / А.И. Иойрыш. – М.: Международные отношения, 1981. С. 75; Колодкин А.Л. Мировой океан. Международно-правовой режим. Основные проблемы / А.Л. Колодкин. – М.: Международные отношения, 1973. С. 208; Супертерроризм: новый вызов нового века / ПИР-Центр / Под ред. А. В. Федорова. – М.: Права человека, 2002. С. 60–61; Международный терроризм: борьба за геополитическое господство / Рос. акад. гос. службы / Под ред. А.В. Возженникова. – М.: РАГС, 2005. С. 49, 51; Gurr N. The new face of terrorism. Threats from weapons of mass destruction / N. Gurr, B. Cole. – London, 2002. Р. 297-300; Новый вызов после «холодной войны»: распространение оружия массового уничтожения. Открытый доклад СВР за 1993 год // http://svr.gov.ru/material/2-1.html; Евстигнеев В.И. Биологическое оружие и проблемы обеспечения биологической безопасности / В.И. Евстигнеев // Лекция В.И. Евстигнеева, прочитанная 25 марта и 8 апреля 2003 г. в МФТИ //http://www.armscontrol.ru/course/lectures03a/viye30325c.htm; Gurr N. The new face of terrorism. Threats from weapons of mass destruction / N. Gurr, B. Cole. – London, 2002. Р. 268-283; Супертерроризм: новый вызов нового века / ПИР-Центр / Под ред. А. В. Федорова. – М.: Права человека, 2002. С. 68-70; Gurr N. The new face of terrorism. Threats from weapons of mass destruction / N. Gurr, B. Cole. – London, 2002. Р. 283-297. Имевшие место террористические акты с применением оружия массового уничтожения не привели к масштабным разрушениям или большим человеческим жертвам. Зачастую этот факт, а также небольшое количество актов ОМУ-терроризма объясняется исследователями рядом обстоятельств: 1) в отношении ядерного оружия а) сложный доступ к расщепляющемуся материалу; б) сложность производства ядерных материалов, пригодных для оружия; в) необходимость создания соответствующей инфраструктуры; 2) в отношении бактериологического оружия – необходимость создания оружия, которое обладало бы следующими характеристиками: а) наличие поражающих свойств агента; б) стабильность состояния агента при снаряжении и транспортировке; в) достаточное количество агента для обеспечения его действия на определенной территории; г) стабильность действия поражающих свойств после распространения; д) высокая степень надежности; 3) в отношении химического оружия а) токсичность химикатов должна быть одновременно высокой для поражения, но при этом не слишком высокой, чтобы обеспечить возможность его безопасного использования; б) вещество должно иметь такие характеристики, чтобы хранение химиката в специальных контейнерах не привело как к снижению токсичности, так и разрушению контейнера; в) химикат должен быть устойчивым не только к климатическим и иным явлениям окружающей среды, но и к высокой температуре и взрывной волне, возникающей после детонации заряда; 4) в отношении всех видов оружия массового уничтожения а) недоступность информации, касающейся производства оружия массового уничтожения; б) сложность в разработке эффективных средств доставки; в) высокие затраты производства оружия в сравнении с обычными средствами, к которым прибегают террористы в большинстве случаев (взрывчатые вещества, стрелковое оружие и т.д.). Weapons of terror. Freeing the world of nuclear, biological and chemical arms / H. Blix, D. Anwar, A. Arbatov etc. – Wolters Kluwer, 2006. Р. 40; Roffey R. Biological weapons and potential indicators of offensive biological weapon activities / R. Roffey // SIPRI Yearbook: Armaments, disarmament and international security. – 2004. – Р. 561; Zanders J.P. Risk assessment of terrorism with chemical and biological weapons / J.P. Zanders, E. Karlsson, L. Melin // Non-proliferation, arms control, disarmament, 1999. Р. 539; Gurr N. The new face of terrorism. Threats from weapons of mass destruction / N. Gurr, B. Cole. – London, 2002. Р. 41-79; Рабодзей А. Угроза биологического терроризма: роль средств массовой информации / А. Рабодзей // Ядерный контроль. – 2005. – №3 (77). – С. 90; Супертерроризм: новый вызов нового века / ПИР-Центр / Под ред. А. В. Федорова. – М.: Права человека, 2002. С. 73. С другой стороны, исследователями принимаются во внимание и факторы, привлекающие террористов к использованию оружия массового уничтожения: 1) в отношении ядерного оружия а) отсутствие необходимых навыков в создании оружия может быть компенсировано сотрудничеством с учеными, участвующими или участвовавшими в создании оружия массового уничтожения; б) возможность похищения ядерного материала из хранилищ или в процессе транспортировки; в) возможно нападение на атомные электростанции (наглядный пример последствий потенциальной диверсии – авария на Чернобыльской АЭС в 1986 году); г) относительно простая технология создания так называемой «грязной бомбы» – ­устройства, способного распространять радиоактивные материалы (в качестве последних могут выступать радиоактивные отходы, или материалы, используемые в промышленности и медицине); 2) в отношении бактериологического оружия а) двойное назначение материалов и оборудования; б) небольшое количество агентов, необходимых для создания оружия; в) относительная доступность новейших биотехнологий; г) возможность производства агента лицами, обладающими ограниченными техническими знаниями; д) сложность обнаружения биологических агентов; е) сложность идентификации террористических групп, которые могут прибегнуть к биологическому оружию, а также их потенциальных жертв; ж) относительно большие сроки между распространением агентов, заражением и появлением соответствующих симптомов у людей, животных, растений; з) огромный психологический эффект применения агентов с последующим нарушением социальных и экономических отношений зараженных территорий; в отношении химического оружия а) непосредственная близость производства и хранения токсичных химикатов к жилым зонам, что допускает возможность саботажа; б) возможность применения общедоступной сельскохозяйственной техники для распыления химикатов; в) простая технология загрязнения рек или отравления пищи, уничтожения или загрязнения урожая и скота; г) достижение всеобщей паники даже в условиях «ложного» террористического акта; д) доступность, дешевизна и возможность вполне легального приобретения компонентов химического оружия. Weapons of terror. Freeing the world of nuclear, biological and chemical arms / H. Blix, D. Anwar, A. Arbatov etc. – Wolters Kluwer, 2006. Р. 40; Roffey R. From bio threat reduction to cooperation in biological proliferation prevention / R. Roffey. – SIPRI, 2005. Р. 3; Roffey R. Biological weapons and potential indicators of offensive biological weapon activities / R. Roffey // SIPRI Yearbook: Armaments, disarmament and international security. – 2004. – Р. 565; Roffey R. Enhancing bio-security: the need for a global strategy / R. Roffey, F. Kuhlau // Non-proliferation, arms control, disarmament, 2005. Р. 733; Zanders J.P. Weapons of mass disruption? / J.P. Zanders // Non-proliferation, arms control, disarmament. – 2002. Р. 683-684; Zanders J.P. Risk assessment of terrorism with chemical and biological weapons / J.P. Zanders, E. Karlsson, L. Melin // Non-proliferation, arms control, disarmament, 1999. Р. 537; Супертерроризм: новый вызов нового века / ПИР-Центр / Под ред. А. В. Федорова. – М.: Права человека, 2002. С. 66-67.

9 См. например: Поттер У. Многоликий ядерный терроризм // У. Поттер, Н. Флоркин // Ядерный контроль. – 2003. – №1 (67). С. 71–74; Аллисон Г.Т. Ядерный терроризм. Самая страшная, но предотвратимая катастрофа / Г.Т. Аллисон. – М.: ЛКИ, 2007; Mockaitis T.R. The «New» terrorism: myths and reality // T.R. Mockaitis. – London, 2007. Р. 81–83.

10 World at risk. The Report of the Commission on the Prevention of WMD Proliferation and Terrorism / B. Graham, J. Talent, G. Allison etc. – New York, 2008. Р. 5–6; Mockaitis T.R. The «New» terrorism: myths and reality // T.R. Mockaitis. – London, 2007. Р. 84, 86; Spiers E.M. Weapons of mass destruction. Prospects for proliferation / E.M. Spiers. – London, 2000. Р. 4, 7, 60–61; Супертерроризм: новый вызов нового века / ПИР-Центр / Под ред. А. В. Федорова. – М.: Права человека, 2002. С. 66–80.

11 Подобное ограничение соответствуют положениям преамбулы Международной конвенции ООН о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года и п. 2 ст. 4 Международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года. Цель этих ограничений – уточнение рамок сотрудничества государств в борьбе с терроризмом, а также проведение более четкой границы между преступлениями терроризма и отдельными видами международных преступлений.

12 К таким объектам следует отнести промышленные объекты (например химические заводы), атомные электростанции, исследовательские центры и т.д.

13 Bosh O. Global non-proliferation and counter-terrorism: the role of resolution 1540 and its implications / O. Bosh, P. Ham // Global non-proliferation and counter-terrorism. – 2007. Р. 5.

14 Терминология Дополнительных протоколов 1977 года к Женевским конвенциям о защите жертв войны 1949 года.

15 В декабре 1988 года в небе над Локерби (Шотландия) был взорван самолет американской авиакомпании. Расследование террористического акта установило причастность к преступлению граждан Ливии. Ливия отказалась выдать своих граждан, однако, в свою очередь, приняла все меры, чтобы передать дело на рассмотрение Верховного Суда Ливии. Несмотря на эти меры, США и Великобритания требовали выдачи преступников и даже впоследствии объявили о введении санкций в отношении Ливии. В качестве компромисса Ливия предлагала передать дело в международную судебную инстанцию, расположенную в нейтральном государстве. Существование соответствующего суда помогло бы избежать санкций и ухудшения отношений между указанными странами. См.: Блищенко И.П. Международный уголовный суд / И.П. Блищенко, И.В. Фисенко / Под ред. Ю.Н. Жданова. – М.: Институт международного права. Высшая школа милиции, 1994. С. 93-102.



Смотрите также:
Международно-правовой режим нераспространения оружия массового уничтожения в свете борьбы с международным терроризмом
355.74kb.
1 стр.
Международно-правовые проблемы борьбы с терроризмом
263.13kb.
1 стр.
Пагуошского движения
1262.08kb.
5 стр.
Международно-правовой режим открытого моря
20.07kb.
1 стр.
1. введение. Правовые меры борьбы с различными формами международного терроризма, предпринимаемые мировым сообществом
592.76kb.
2 стр.
Административно-правовой режим оружия нелетального действия: проблемы формирования и реализации
392.78kb.
1 стр.
Политическое обеспечение борьбы с международным терроризмом как глобальной угрозой безопасности российского государства и общества
337.61kb.
1 стр.
Закон о борьбе с терроризмом принят Государственной Думой
279.84kb.
1 стр.
Закон Республики Таджикистан «О борьбе с терроризмом»
306.67kb.
1 стр.
Контрольная работа по международному праву международно-правовой режим международных проливов
82.2kb.
1 стр.
С. Н. Михайлусов, аспирант кафедры правового обеспечения управленческой деятельности Международно-правовое регулирование Интернета
99.74kb.
1 стр.
19 мая – Международный день по борьбе с гепатитами
20.99kb.
1 стр.